Если гулять по Вильнюсу вдоль Нериса, недалеко от места, где Вильня впадает в Нерис (Вилию), можно увидеть необычный памятник. За большим столом сидят три человека. Не стоят на постаменте, не смотрят куда-то вдаль, не изображены в героических позах — просто сидят вместе, словно продолжают разговор, начатый больше ста лет назад.
Это братья Вилейшисы - Пятрас, Антанас и Йонас.
Памятник был открыт в 2018 году, в год столетия восстановления независимости Литвы. Его создали скульптор Регимантас Мидвикис и архитекторы Линас Крюгелис и Ричардас Криштапавичюс. Сам замысел стола довольно символичен: показать не только связь между тремя братьями, но и их связь с обществом, для которого они работали.
И, на мой взгляд, этот памятник интересен не только литовцам, потому что история братьев Вилейшисов, это история национального возрождения одного народа в многонациональном городе. А Вильнюс того времени невозможно понять, если смотреть на него только через одну национальную историю. Здесь одновременно жили и действовали литовцы, белорусы, поляки, евреи, русские. Они конкурировали, спорили, иногда конфликтовали, а иногда сотрудничали. И именно в этой сложной среде постепенно формировались современные национальные движения. Поэтому деятельность Вилейшисов имеет отношение и к истории белорусского национального возрождения.
Три брата — три направления
Пятрас Вилейшис был инженером, предпринимателем, издателем и меценатом. Антанас - врачом и общественным деятелем. Йонас - юристом, политиком, дипломатом и будущим подписантом Акта независимости Литвы.
То есть это была практически идеальная комбинация.
Один умел зарабатывать деньги и строить инфраструктуру. Второй занимался людьми, медициной, образованием и общественными организациями. Третий занимался правом, политикой и государственным строительством. Но главное то, что они не рассматривали свои профессии только как способ личного устройства.
Пятрас Вилейшис, например, получил прекрасное инженерное образование в Петербурге, затем работал в железнодорожном строительстве, занимался мостами и создал собственную строительную фирму. Благодаря инженерной работе он заработал значительные средства. Но вместо того чтобы просто спокойно жить богатым человеком, он начал вкладывать деньги в литовское национальное движение.
В 1900 году в Вильнюсе он основал предприятие по производству металлических и сельскохозяйственных изделий, причём стремился привлекать туда литовских работников и специалистов. А после отмены запрета на литовскую печать в 1904 году занялся уже непосредственно информационной и культурной инфраструктурой. Тут начинается самое интересное.
Печатное слово как оружие
В Российской империи литовская печать латинским шрифтом была запрещена с 1864 года. Почти четыре десятилетия литовцы были вынуждены печатать книги за пределами империи, прежде всего в Восточной Пруссии, а затем нелегально переправлять их через границу. Это была настоящая информационная война.
7 мая 1904 года запрет был отменён. И практически сразу Пятрас Вилейшис начинает создавать в Вильнюсе собственную типографию. Она стала первой литовской типографией, созданной после восстановления права печатать литовские книги латиницей. Типография работала в 1904–1910 годах, а с конца 1904 года ею руководил печатник Мартын Кукта, тот самый, о котором писал Максим Богданович.
А затем появляется Vilniaus žinios - "Вильнюсские новости". Это был первый ежедневный литовский газетный проект. Первый номер вышел в декабре 1904 года. Газета писала не только о политике, но и о культуре, общественной жизни, литературе, событиях в Литве и за её пределами. Вокруг неё собрались известные литовские интеллектуалы, журналисты и писатели.
И вот здесь для белорусской истории возникает очень важный момент, потому что типография - это не просто станки, бумага и наборные кассы - она создаёт инфраструктуру национального движения.
Там появляются специалисты, формируется профессиональная культура, возникает возможность быстро печатать газеты, книги, брошюры и листовки. Люди получают опыт, который потом используют уже в собственных проектах.
Именно так произошло с Мартыном Куктой.
В 1906 году он организовал собственную типографию. А уже в ней печатались не только литовские, но также польские и белорусские издания. Среди них была и Naša Niva — одна из важнейших газет белорусского национального движения начала 20-го века. В типографии Кукты также выходили многочисленные книги и периодические издания.
И здесь нельзя сказать, что братья Вилейшисы "создали белорусскую прессу". Это было бы историческим преувеличением, но можно сказать, что литовская национальная инфраструктура, которую они помогали создавать в Вильнюсе, стала частью той городской среды, в которой затем развивалась и белорусская национальная печать. А это очень важная разница.
Национальное возрождение редко происходит в вакууме
Мне вообще кажется ошибочным представление, будто каждый народ в многонациональном городе развивается в полной изоляции от соседей.
Вильнюс начала 20-го века был как раз противоположностью такого мира. Литовцы смотрели на беларусов, беларусы смотрели на литовцев, а поляки смотрели на тех и других. Все учились друг у друга, спорили друг с другом, перенимали организационные формы, идеи, методы работы. И одновременно каждый пытался создать собственную национальную инфраструктуру.
Литовцы создавали свои школы, общества, газеты, библиотеки и культурные объединения. Белорусы делали то же самое. Но когда у одного уже существовал опыт, другой мог его использовать.
В этом смысле Вилейшисы дали белорусскому движению очень важный пример: национальное возрождение - это не только стихи и разговоры о национальной культуре.
Это ещё и типографии, газеты, школы, общества взаимопомощи, образование, экономика, юридическая работа, организация городской жизни и... конечно же деньги.
Пятрас Вилейшис особенно хорошо понимал последнюю вещь. Он фактически показывал, что национальное движение невозможно построить только на энтузиазме бедных интеллигентов. Нужна экономическая база. И, как мне кажется, это был очень правильный подход.
Антанас Вилейшис - человек, который занимался людьми
Второй брат, Антанас, пошёл совершенно другим путём.
Он был врачом и с 1898 года работал в Вильнюсе. Но медицинская профессия для него тоже стала частью общественной деятельности.
Он участвовал в работе литовских организаций, занимался благотворительностью, образованием, вопросами санитарии и просвещения. Был одним из основателей Литовского научного общества, участвовал в создании обществ взаимопомощи, занимался помощью пострадавшим от войны. В 1907 году он был одним из создателей первой легальной литовской школы в Вильнюсе. Он писал популярные брошюры о гигиене, профилактике заболеваний и санитарии.
Сегодня это может показаться чем-то второстепенным, но для национального движения это было крайне важно, потому что национальная культура - это не только литература. Это способность общества самоорганизовываться и заботиться о собственных людях.
И опять-таки этот опыт был виден белорусским деятелям, которые развивали собственные школы, прессу и общественные организации.
Йонас Вилейшис — от национального движения к государству
Третий брат пошёл дальше всех в политическом смысле.
Йонас Вилейшис получил юридическое образование и с 1898 года жил и работал в Вильнюсе. Он был адвокатом, участвовал в работе литовских организаций, помогал распространять запрещённую литовскую литературу и вместе с братьями входил в общество "Двенадцать виленских апостолов". При этом Йонас работал в юридической среде, где пересекались представители разных национальных групп. Он был помощником известного виленского адвоката и мецената Тадеуша Врублевского. Врублевский, в свою очередь, был человеком, который существовал именно в этой сложной многонациональной реальности Вильнюса.
И это показывает ещё одну очень важную вещь - национальное движение не обязательно означает полное отсутствие контактов с другими национальными движениями. Можно одновременно защищать интересы своего народа и сотрудничать с людьми другой национальности. В начале 20-го века это было особенно заметно.
От Вильнюса — к государству
Йонас Вилейшис постепенно перешёл от культурной работы к большой политике.
В 1917 году он стал членом Литовской Тарибы — Совета Литвы. В 1918 году его подпись появилась под Актом о независимости Литвы. Позже он занимал посты министра внутренних дел и министра финансов, был дипломатическим представителем Литвы в США, а в 1921–1931 годах стал бургомистром Каунаса.
И здесь становится особенно хорошо видно, чем национальное возрождение отличается от национального государства:
Сначала ты защищаешь язык, потом создаёшь газету, потом школу, потом общество. Экономическую инфраструктуру. Потом политическую организацию. А уже затем появляется государство, которому всё это уже необходимо.
Именно такой путь прошли многие европейские национальные движения конца 19-го - начала 20-го веков.
При чём тут беларусы?
Вот здесь, пожалуй, самое интересное. Нельзя превращать Вилейшисов в каких-то скрытых деятелей белорусского движения. Они ими не были. Их основной целью было литовское национальное возрождение и создание литовской культурной и политической инфраструктуры.
Но точно так же нельзя делать вид, что белорусское движение существовало в Вильнюсе независимо от литовского окружения. Белорусское национальное движение возникало в той же самой городской среде, пользовалось той же инфраструктурой, сталкивалось с той же российской оккупационной администрацией и во многих случаях решало те же задачи, плотно коммуницируя с литовскими, польскими и еврейскими "коллегами", ведь Вильня на тот момент - сердце Беларуси.
Особенно важным был опыт печати. Белорусское движение очень быстро поняло, что без собственной газеты невозможно сформировать современную нацию. Именно поэтому Naša Niva, основанная в Вильне в 1906 году, стала не просто газетой, а фактически одним из центров белорусского национального возрождения. А печаталась она в типографии Мартына Кукты - человека, который до этого получил профессиональный опыт в проекте Пятраса Вилейшиса.
Вот эта цепочка мне кажется гораздо интереснее, чем попытка искусственно искать между Вилейшисами и белорусами какую-нибудь одну громкую политическую договорённость.
История часто работает именно так. Один человек создаёт инфраструктуру. Другой учится в этой инфраструктуре. Третий использует полученный опыт для совершенно другого национального проекта, а через несколько лет результат уже невозможно отделить от общей истории города. То есть - "хочешь иметь хороший бизнес - подсмотри у соседа, который смог".
Вильнюс как лаборатория национального возрождения
Сегодня нам иногда хочется разложить историю по отдельным коробкам. Вот это - литовская история, это беларусская, это польская, а это - еврейская.
Но Вильнюс начала 20-го века так не работал. Это был общий город, в котором разные народы одновременно пытались модернизироваться.
Литовское движение было очень активным и хорошо организованным. Белорусское движение постепенно набирало силу. Польское движение имело огромные традиции и влияние. Еврейская общественная и культурная жизнь была чрезвычайно развитой. Все они существовали рядом.
И поэтому успех одного движения неизбежно влиял на другое. Литовцы показывали беларусам, как можно строить национальные организации, а беларусы в свою очередь развивали собственную прессу, литературу и политическую мысль.
Поляки имели огромный опыт общественной и культурной самоорганизации, а еврейские организации создавали собственные школы, газеты, благотворительные учреждения. Это была настоящая котельная лаборатория национальных движений.
И братья Вилейшисы были одними из самых заметных людей в этом котле.
Этот памятник важен и для беларусов
Когда я смотрю на этих трёх людей за столом, я вижу не только памятник литовским национальным героям. Я вижу ещё и кусочек общей истории Вильнюса.
Пятрас Вилейшис показал, насколько важна экономическая основа национальной культуры. Он заработал деньги инженерным трудом и вложил их в книги, газеты, типографию, промышленность и культурную инфраструктуру.
Антанас Вилейшис показал, что национальное движение должно заниматься не только высокой политикой, но и конкретным человеком - его здоровьем, образованием, помощью и социальной защитой.
Йонас Вилейшис показал путь от национального движения к государственности - от защиты языка и прав общества до создания политических институтов независимой страны.
И всё это происходило в Вильнюсе.
В городе, который одновременно был литовским, белорусским, польским, еврейским и русским.
Поэтому влияние Вилейшисов на белорусское национальное возрождение я бы назвал не прямым политическим влиянием, а влиянием среды, примера и созданной инфраструктуры. Они не ставили перед собой задачу развивать белорусскую культуру, но они помогали создавать тот Вильнюс, в котором белорусская культура смогла развиваться.
И, возможно, именно поэтому памятник трём братьям стоит воспринимать немного шире, чем просто памятник литовским национальным деятелям.
Это памятник эпохе, когда народы кровавой российской империи начали заново открывать самих себя, находясь в оккупации.
Они открывали литовцев, беларусов, поляков, евреев, латышей...
Кто-то создавал газету, кто-то школу, кто-то типографию, кто-то политическую организацию, и каждый такой шаг менял город и историю.
Братья Вилейшисы сделали для литовского национального возрождения действительно огромное дело. Но их значение для истории Вильнюса этим не ограничивается. Через людей, организации, типографии, газеты и саму культуру общественной самоорганизации их деятельность оказалась частью гораздо более широкого процесса.
И вот поэтому мне кажется особенно символичным, что на памятнике они не стоят поодиночке. Они сидят за одним столом, как люди, которые разговаривают.
А Вильнюс начала 20-го века был именно таким столом - огромным, сложным, иногда конфликтным, но общим. За ним сидели литовцы, белорусы, поляки, евреи, украинцы и другие народы.
И каждый пытался доказать, что его народ тоже имеет право на собственный голос.
Комментариев нет:
Отправить комментарий